Диагностика реактивных параноидов обычно не вызывает больших затруднений. Основные опорные критерии: ситуационная обусловленность, конкретный, образный, чувственный бред, связь его содержания с психотравмирующей ситуацией и обратимость этого состояния при изменении внешней обстановки». Вспоминая «факты» из «обвинительного акта», можно сделать вывод, что на первый взгляд профессор был прав.

Но «достоверность» этих «фактов» нам уже известна, и теперь обратимся исключительно к чистой науке. Достаточно сказать, что в настоящее время однозначный диагноз «паранойя» вообще не ставится, учитывая, что различные «разновидности» этого психического расстройства успешно купируются. Кроме того, патологических необратимых личностных изменений у пациента не происходит. И еще один момент, который в свое время явился дополнительным аргументом против Людвига II. Напомним, что его младший брат Отто начиная с 1872 года (болезнь окончательно погасила последние искры его разума в 1876 году) страдал буйным помешательством, полностью разрушившим его личность.

Его недуг (скорее всего, шизофрения, хотя для установления точного диагноза доступных исследователям данных совершенно недостаточно) был действительно необратимым, прогрессирующим и приводящим к недееспособности. На основании этого факта Гудден и К0 сделали вывод о наследственном характере болезни Людвига II. Но, вопервых, Отто не диагностировали паранойю, а вовторых, паранойя не является наследственным заболеванием (во времена Людвига твердо придерживались обратного мнения).

Что же мы получили в итоге?