Но, увы, издатели упорно напоминали ему: сроки контрактов истекают, а где рукопись? В том же самом направлении на него «давила» Аннелиза Попинга, которая переехала в гостевую комнату рендорфского дома, чтобы не терять времени на разъезды и уплотнить график работы над мемуарами. В декабре 1964 года был готов спроектированный Аденауэром «литературный павильон», и все закрутилось по серьезному. Сам мемуарист называл процесс своего творчества не иначе, как «исполнением тяжкого долга», «моей жуткой миссией».

Действительно, темп был взят бешеный: первая половина каждого буднего дня и все выходные были выделены исключительно для авторской работы; если рвение мемуариста ослабевало, и он начинал отставать от графика, госпожа Попинга тут же обращала на это внимание шефа; тот раздражался, но старался наверстать упущенное.

Завершать работу пришлось уже во время весеннего пребывания в Канденаббии; там была чудесная погода, которая, видимо, сыграла свою роль в том, что опоздание по сравнению со сроками, предусмотренными в контракте, удалось свести до минимума. В конце апреля рукопись была вчерне готова, и после необходимой доработки была в середине июня отослана издателям.

Энергия и целеустремленность в выполнении сложной и кропотливой работы, проявленные человеком, приближавшимся уже к девяностолетнему юбилею, сами по себе поражают.