Иногда они имели эффект, прямо противоположный задуманному. Одним из таких последствий берлинского кризиса был рост сплоченности стран — членов НАТО. Конечно, имелись различия в конкретных подходах, однако все были согласны в одном: Запад не должен отказываться от тех прав, которые он имеет в отношении Берлина, и будет отстаивать их любыми средствами, даже если бы это означало войну. Старая цель советской политики — «вбивание клиньев» между западными союзниками — оказалась вне пределов досягаемости.

Однако, как выяснилось, лишь на время.

Январь 1961 года принес с собой новые огорчения и заботы для нашего героя. Его отношения с Даллесом были не всегда безоблачными, но теперь ему крайне недоставало общества этого сухого и бескомпромиссного политика. Ему оставалось только ждать, каковы будут первые шаги нового американского президента.

Все ожидали его неминуемой дуэли с Хрущевым. Все гадали, кто моргнет первым. Аденауэр, будучи от природы пессимистом, считал, что это будет Кеннеди.

Между тем надвигалось восьмидесятипятилетние — дата хотя и не круглая, но значимая. Несмотря на упоминавшиеся проблемы со здоровьем, канцлер решил отметить ее с обычной помпой, хотя очевидцы с чувством юмора не могли избавиться от ощущения некоей водевильности этой ярмарки тщеславия.