Именно такую цель преследовал Аденауэр, планируя на март — апрель 1960 года свои визиты в США и Японию. Была сформирована огромная делегация: он сам, Брентано, Эккардт, свыше тридцати высокопоставленных правительственных чиновников и дипломатов, включая тех, что входили в состав посольств в Вашингтоне и Токио, плюс представители семьи — сын Конрад и дочь Лотта, обе его секретарши — Аннелиза Поиинга и Ханнелора Зигель плюс многочисленные корреспонденты. 12 марта вся эта армада поднялась в воздух из аэропорта Бонн-Ванн.

Шестнадцатью часами позже «Локхид-Суперконстеллейшн» благополучно приземлился в скованном жутким морозом нью-йоркском аэропорту Айлдуайлд. Большую часть полета Аденауэр провел в кабине пилотов. В молодости он получал удовольствие от быстрой езды, теперь его, как ребенка, привлекали сложные и непонятные постороннему детали управления огромным лайнером.

Он явно наслаждался своими зарубежными вояжами — не в последнюю очередь прелестями комфорта и сервиса в дорогих современных отелях.

Его турне состояло из серии церемониальных актов и публичных выступлений, о которых, разумеется, подробно писала западногерманская пресса. Особо следует сказать об одной встрече, значение которой вышло далеко за рамки внешней символики; речь идет о состоявшемся в нью-йоркском отеле «Уолдорф-Астория» свидании с премьер- министром Израиля Давидом Бен-Гурионом.