Во время войны она разорилась дотла, изголодалась до изнеможения и понесла тяжелые потери в отцах, сыновьях и братьях. Революция загнала ее на чердак и в подвал; дрожа от страха, ожидая с минуты на минуту вторжения вооруженных до зубов «красных», она совсем было потеряла рассудок, пока на помощь ей не пришли вооруженные банды всевозможных Эппов, Эрхардтов, Лютвицей, Эшерихов и других героев контрреволюции; и тогда она соскочила с чердаков, выбежала из подвалов и, наскоро вооружившись чем попало, с дикими криками храбро бросилась громить и грабить рабочие кварталы.

Однако «победа» над революцией не дала ей главного: выхода из безнадежного разорения, освобождения от опасности быть ввергнутой в темную бездну пролетаризации, избавления от «процентного рабства» — от ломбардов и частных ростовщиков. Беспомощная, уставшая от борьбы с нуждой, она стояла и ждала, ждала какого-нибудь чуда, какого-то безымянного мессию, который выведет ее из безжалостного темного тупика на какую-то новую, широкую, светлую дорогу.

Иначе после первого перепуга, вызванного поражением и революцией, почувствовали себя крупная буржуазия, т. е. плутократия, и связанный с ней класс помещиков-юнкеров. Война была для них, что называется, золотым дном, и поведение «социалистов», ставших у кормила власти, вскоре успокоило их на счет сохранности их драгоценной собственности и нажитых во время войны богатств.