Германский империализм не довольствовался тем, что практически, присоединился к «злому духу» всемирного империализма. – отчасти по старой, еще не изжитой даже в новых условиях традиции немецких профессоров «осмысливать» вкривь и вкось исторический -процесс, вместо того чтобы активно в нем участвовать, но главным образом из стремления, как запоздалый гость на империалистическом пиру, утвердить свое право на место за уже занятым столом, идеологи германского империализма облекли его вожделения в философскую систему, где все было на своем месте: и экономическая потребность в «жизненном пространстве» за морем и в самой Европе, и верховенство германского народа над всеми прочими народами земного шара, и физическое я моральное вырождение других наций, и чистота самой германской расы, которой якобы угрожала примесь чужой крови (в особенности еврейской), и высокое общественно-биологическое значение войны как фактора отбора и воспитания, и многое, многое другое, что и в голову не приходило матерым империалистам-практикам других наций. Не только политическая литература и журналистика, но и умозрительная философия, историческая наука во всех ее разветвлениях и даже науки естественные и физико-математические проникались этими догмами, служа им и распространяя их, пропитывая ими народ во всей его толще и выращивая в их духе молодые поколения.

Тогдашнее перерождение социал-демократии могло служить этому примером.