Избрав центром своей пропаганды среди австрийцев столицу Баварии, Мюнхен, недалеко от австрийской границы, пангерманцы основали там издательство под многоговорящим названием: «Немецко-народное» (Deutsch-Volkischer) издательство «Один» (от северогерманского языческого бога Одина, соответствовавшего южногерманскому Вотану), и оттуда забрасывали Австрию, в частности северную, немецкую (судетскую) часть Богемии, своей литературой, рассылали своих лекторов и агентов, снабжали своих друзей деньгами и пр. Они сыграли особенно большую роль в той борьбе национальных языков, которая разразилась в Австрии в 90-х и 900 годах и в которой как раз Шёнерер и его единомышленники стяжали себе историческую известность.

Шёнерер, который в свое время, когда Бисмарк уже был в отставке, не раз ездил к нему на поклон, но должен был однажды выслушать от него ехидное замечание, что затеянное им дело по включению Австрии в состав Германской империи было бы, пожалуй, стоящим, если бы Прага и Вена могли обменяться местами и между ними не лежала славянская область чехов,— Шёнерер все же завязал тесные сношения с пангерманцами, получил от них поощрение и указания и сам стал «всенемцем». «Мы,— говорил он,— больше, чем просто люди, ибо мы — германцы, мы — немцы».