Что касается Европы, то она была изумлена и, смотря по обстоятельствам, смущена или растеряна. Царь—на этот раз прямо Австрии — давал через ее посла в Петербурге предостережения против вмешательства. В Англии настроения разделились по линии партий. Наполеон, как уже упомянуто, был весьма непопулярен как среди консерваторов, так и среди либералов, и, чтобы закрепить эту непопулярность, Бисмарк через несколько дней по объявлении войны опубликовал, как выше упоминалось, в главной английской газете «Таймс», через посредство ее парижского корреспондента, известного в свое время Бловица, проект договора относительно Бельгии, который Бенедетти предлагал ему (или записал с его слов!) в 1966 г. , а в одном иллюстрированном немецком журнале поместил факсимиле самого текста, писанного рукой французского посла. Дополнительно Бисмарк в циркулярной депеше изложил историю этого проекта,/ и хотя Наполеон через Грамона немедленно ответил из Меца, утверждая, что предложение исходило именно от Бисмарка и что он, Наполеон, отверг его, консервативное общественное мнение в Англии целиком стало на сторону Бисмарка, а либералы, включая само правительство, возглавлявшееся тогда либеральным ли-дером Гладстоном, скептически отнеслись к обеим сторонам и лишь воспользовались этим случаем, чтобы заставить обе воюющие стороны подписать 9 августа обязательство уважать нейтралитет как Бельгии, так и Люксембурга.

Мало того, желая воспрепятствовать усилиям Наполеона привлечь на свою сторону Австрию или Италию, правительство Гладстона предложило нейтральным державам взаимно обязаться, в случае, если они захотят отказаться от своего нейтралитета, предварительно обменяться мнениями друг с другом.