Что такое состояние умов и вытекающее из него поведение не особенно благотворно отражалось на положении немцев среди других народов, понятно само собой и нередко сознавалось ими самчми. Еще в 1874 г. , выступая в рейхстаге и говоря о замечательных успехах германского оружия, Мольтке признавался: «Мы со времени наших удачных войн повсюду выиграли в уважении (?), но нигде не выиграли в любви»; а в 1912 г. , т. е. одним поколением позже, известный глашатай германского империализма Пауль Рорбах в своей книге, получившей широчайшее распространение, «Германская мысль в мире», констатируя «глубокое отчуждение» между Германией и другими народами, объяснял: «Этот недостаток коренится в особой черте германского характера — резкости в обращении, которая произошла от постепенно выросшего влияния Пруссии на немецкий духовный облик и обычно обозначается у нас совершенно неуместным в гражданской жизни словом «Schneidigkeit» (резкость, напористость)».

Указав далее, как эта черта постепенно стала «национальной манерой и опасным национальным нед9статком» по мере того, «как наше благосостояние возрастало и злополучное сословное деление распространилось и утвердилось также в области имущественных отношений и внешних социальных отличий», Рорбах признает, что благодаря этой черте «мы делаем себя перед ненемецкимп народами смешными, и дело принимает еще худший оборот в тех случаях, когда чрезмерность этой национальной Schneidigkeit получает возможность причинять вовне, в остальном мире, политический и культурный вред».