Целью Бисмарка с самого начала была не единая ГерАманская империя, а мощь и величие Пруссии. Созданный им Северо-германский Союз был ничем иным, как расширенной Пруссией, и когда из него после 1866 г. , после того, как ему удалось вытеснить Австрию из Германии, образовалась империя, то все его старания были направлены к тому, чтобы дать последней устройство, при котором было бы обеспечено преобладание Пруссии и прусской династии…

Имперское правительство было в основе ничем иным, как прусским правительством, и вся бисмарковская империя была ничем иным, как Великопруосией».

Нужно вспомнить (см. первую главу), чем была Пруссия, эта наиболее хищная, наиболее военизированная, наиболее бюрократически управляемая, вообще наиболее реакционная держава в Германии, да, пожалуй, и во всей Европе, чтобы понять, какое пагубное значение имела эта диктатура Пруссии над Германией для всего германского народа и всей Европы. Еще в те времена, когда в Германии шел спор между сторонниками прусского и поборниками демократического решення национального вопроса, в 1857 г. , вышла брошюра известного историка Дройзена, в которой он выступал за прусское решение. «То,— писал он,— что создало это [прусское] государство, что его носит и толкает вперед,— это историческая необходимость. Пруссия охватывает лишь отдельные части германской земли и германского народа, но в природе и в существовании ее заложено призвание к охвату целого…

В этом призвании ее оправдание, ее сила».