Напротив, католики требовали, чтобы духовным князьям принадлежало такое же право «спасать» своих подданных, как протестантским князьям. Другое различие во мнениях касалось так называемого «духовного изъятия», которого требовали католики. Согласно их требования, каждое лицо духовного сословия: курфюрст, архиепископ, епископ или аббат, отпавший к протестантскому учению, в силу этого самого утрачивает свою духовную должность и сан.

Протестантские же князья не хотели, и слышать об этом, так как это лишало бы их наиболее удобного способа прибрать к своим рукам церковные имущества.

По этим пунктам не удалось придти к соглашению; это были вопросы реальной власти, слишком важные для того, чтобы здесь можно было убедить друг друга религиозно-идеологическими доводами. С одной стороны, в течение шестидесяти лет после Аугсбургского религиозного мира протестантским князьям удалось, невзирая на «духовное изъятие», прибрать свыше сотни духовных областей, отчасти очень обширных: архиепископств и епископств, монастырей и аббатств; но, с другой стороны, духовные князья, оставшиеся верными своей религии, дали широкое применение принципу: cujus regio, ejus religio, и начали контрреформацию, которой ловко руководили иезуиты. В результате в южной и в западной Германии католическая религия опять завоевала широкий простор.