Новое общество,— слуги, как и господа,— это было, по сравнению с их римскими предшественниками, крепкое поколение. Отношения сильного сеньора и зависимого крестьянина, представлявшие для античного мира последнюю ступень упадка, сделались теперь первой ступенью нового развития. Какими бы бесплодными ни представлялись эти четыре столетия, они оставили один великий продукт — современные национальности, это новое расчленение, с которым человечество вступило в дальнейший период его истории.

Далее германцы обновили безнадежно умиравшую цивилизацию своим индивидуальным мужеством и достоинствами, своей привязанностью к свободе, своим демократическим инстинктом, который во всех общественных делах видел только свои собственные дела,— коротко говоря, всеми свойствами, которые были утрачены римлянами, но которые только и дали возможность из слизи римского мира создать новые государства и новые национальности. Они преобразовали античную форму брака, смягчили господство мужчины в семье, предоставили женщине более высокое положение, чем она занимала у греков и римлян.