Последовало соревнование в творчестве баллад, затем Гёте выступил со своей прекрасной поэмой «Герман и Доротея», а Шиллер — со своей величавой трагедией «Валленштейн».

Стихи Гёте в полном совершенстве слили античную форму с современным духом. Поэт вступил в гущу мелкобуржуазных сфер, которые в течение столетий были средоточием германской жизни, и раскрыл здесь доподлинные неиссякаемые силы, которые, среди всех бедствий и смут своего времени, спасали немецкое имя для великого будущего.

В «Валленштейне» Шиллер создал свой драматический шедевр. Он намеревался, покинув старый путь, от буржуазной жизни подняться на более высокую арену. Можно было бы спорить, разыгрывается ли действие «Валленштейна» на более высокой арене, чем действие «Коварства и любви».

Буржуазная драматика, почвенно развившись и развернувшись, могла бы превзойти всякую историческую драматику. Но Шиллер испытал на самом себе, до какой степени отсутствовали в Германии необходимые материальные предпосылки для того, чтобы поднять буржуазную драму на классическую высоту. Так как обновление германской нации совершилось только благодаря тому, что европейские войны вторглись в пределы Германии, то на подмостки, которые, по собственным словам Шиллера, представляют мир, он выдвинул великую историческую борьбу.