Тилли не был таким изувером, в какого его превратили протестантские историки, но это был посредственный генерал; после долгих колебаний, следует ли ему напасть на шведское войско или завоевать Магдебург, он бросился на этот город. И ему, действительно, удалось завоевать Магдебург, но только в виде груды дымящихся развалин. Шведский предводитель Фалькенберг, павший во время штурма, видя, что ему не удержать города, приказал поджечь его. Эта страшная катастрофа была приписана завоевателям города, и так как всему миру было известно, как свирепствовал император в Богемии после победы, одержанной Тилли на Белой горе, то все протестантские области были охвачены величайшим возбуждением.

Курфюрсты бранденбургский и саксонский, в свою очередь, перестали сопротивляться Густаву-Адольфу, который усилился саксонскими войсками и 7 сентября 1631 года при Брейтенфельде нанес полное, уничтожающее поражение Тилли. Северная Германия попала в руки шведского короля, южная Германия лежала перед ним, как беспомощная добыча.

Он сделал попытку без всякого промедления овладеть этой добычей, хотя даже с точки зрения шведских интересов он должен был искать мира после того, как императорские войска были изгнаны из северной Германии.