Оно было не в состоянии достать средства на военную контрибуцию, которую приходилось выплачивать Франции, а королевство Вестфалия, благодаря проведенным в нем буржуазным реформам, сделалось слишком опасным соседом и соперником. В июне 1810 года Гарденберг (1750—1822 г.) сделался главным министром. Подобно Штейну, он не был пруссаком по происхождению и обладал некоторым буржуазным образованием; его скорее, чем Штейна, можно было бы назвать либералом в современном значении слова.

Поверхностный и гибкий, он в открывшийся теперь второй период буржуазных реформ просто копировал образец, каковым для него являлось королевство Вестфалия. Его промышленное и налоговое законодательство, его эдикт о жандармерии, его эмансипация евреев и т. д., иногда в уродливом виде, подражали вестфальскому законодательству. Король Жером сделался образцом для этого прусского реформатора.

Гарденберг тоже был бельмом на глазу для помещиков; один раз он без всякого приговора и, не считаясь с законами, отправил в Шпандау некоторых из их вождей, но они примирялись с ним, потому что либеральными приемами он устраивал их же дела.

Такое значение имел в особенности эдикт о регулировании 14-го сентября 1811 года, который, будто бы, должен был урегулировать крестьянско-помещичьи отношения.