Но приходилось позаботиться и о том, чтобы этот современный абсолютизм, чем больше он усиливался по отношению к крестьянам и ремесленникам, к дворянству и духовенству, не получил бы такого же преобладания и над капиталом. В действительности, чем больше основой его власти становилось уже не землевладение, а деньги, тем больше возрастала его зависимость от капитала. Войска, которые приходилось держать государям, стоили очень дорого, и не менее денег требовало содержание дворов, которые своим великолепием и пышностью должны были выманить недовольное феодальное дворянство из его замков.

При княжеских дворах развернулась безумная роскошь, которая поглощала несметные суммы. Князья начали повышать денежные поборы, причем они становились в большую или меньшую зависимость от богатых городов, которые ценой денег покупали новые права для себя. Но и денег, доставляемых им городами, было недостаточно для того, чтобы заштопать прорехи, которые производились в княжеских финансах нескончаемыми войнами и придворной расточительностью, и современные государи, несмотря на свою власть, кажущуюся неограниченной, скоро попали в долговое рабство к капиталу.

Однако революционный купеческий капитал не только создавал современный абсолютизм: в соответствии со своими потребностями он претворял и средневековые общественные классы.