Ядро его нового учения заключается в том, что весь мир явлений, воспринимаемый нашими чувствами и нашим умом, вполне определяется устройством наших чувств и нашего разума, что мы не можем, поэтому познать истинного существа вещей («вещь в себе»), но что наше познание от этого отнюдь не делается двусмысленным и не имеющим никакой ценности: напротив, оно регулируется непреложными законами, оно необходимо и неотделимо от нашего существа. Это эмпирическое познание (познание посредством опыта) есть единственный способ узнать что-нибудь о вещах, как и вообще оно показывает нам вещи не такими, каковы они суть, а такими, какими необходимо должен видеть их человек, вследствие своей организации. Философия, которая захотела бы перешагнуть через эти границы, неизбежно впадает в заблуждения,— например, если бы она хотела доказать, что нашим идеям о боге, свободе и бессмертии соответствует некая вне лежащая действительность.

Разрушение догматической философии, которое таким

образом произвел Кант, представляло крупный исторический прогресс, но его теория познания отнюдь не была новой.