Возможно, что Карл-Август по своим духовным и физическим  силам превосходил всех остальных германских карликовых деспотов, но это еще далеко не делает его тем преисполненным высоких чувств хранителем нашей классической литературы, каким его изображают лакействующие историки. В первые десять лет, которые Гёте прожил при Веймарском дворе, он тяжело страдал от всего безобразного и отвратительного, чем характеризовались такие карликовые резиденции; все его великие планы оставались невыполненными, и казалось, что поэт, так славно начавший Гёцем и Вертером, навсегда потерян для нации. Но в 1786 году Гёте спасся быстрым решением и отправился на 2 года в Италию.

Несравненно тяжелее опускалась рука бессовестного деспота на молодого Шиллера (1759—1805 г.). Подобно герцогу брауншвейгскому, отравившему старость Лессинга, герцог вюртембергский, отравивший молодость Шиллера, принадлежал к числу позорнейших для своей эпохи торговцев людьми. Шиллер родился в вюртембергском городишке Марбахе и был сыном одного лейтенанта, который со скрежетом зубовным должен был покориться тому, что деспот отнял у него единственного ребенка и запрятал его воспитанником в школу Карла,— «питомник рабов», в котором герцог был намерен давать дрессировку рабьим орудиям своих тиранических причуд.

Таким образом, у юного Шиллера было отнято восемь драгоценных лет жизни.