В ответ на возмущенные заявления Эванс Хантер порекомендовал своим подопечным «все-таки гденибудь отыскать кровать для ночлега». Общей у американцев и англичан была еще одна забота — это возможное поведение спортсменов национальных сборных в Третьем рейхе. Уже 6 января 1936 года Густав Кирби, представлявший интересы Американской олимпийской сборной, обратился с письмом к Карлу Диму.

В письме сообщалось, что «из анонимного источника стало известно, что некоторые из спортсменов в общественных местах планируют выкрикнуть "Долой нацистов! " или "К черту Гитлера!"». Кирби в качестве исключения просил не применять к людям, совершившим эти «выходки», меры административного воздействия: «Если вы бросите их в тюрьму, то только дадите еще один козырь сторонникам бойкота». Олимпийцы стали прибывать в Гармиш-Партенкирхен за две-три недели до того, как пачалась Олимпиада. Многие были поражены неописуемой живописностью баварских пейзажей, которые как будто бы сошли в жизнь со специальных туристических открыток.

Один из очевидцев вспоминал: «Есть некая театральность в видах Верхней Баварии.