Буржуазия получила если не полное, то почти полное объединение национального рынка, и хотя она при этом окончательно потеряла политическую свободу, она была упоена достигнутым успехом. Многие из вождей либерализма сейчас стали выступать с прусско-патриотическими речами, а иные прямо перешли в бисмарковскчй лагерь.

Уже в октябре 1866 г. образовалась «национал-либеральная» партия во главе с прежними вождями либералов-прогрессистов (Ласкер, Унру, историк и железнодорожный туз Зибель и др. ), которая с развевающимися знаменами перешла в лагерь правительства по вопросам внешней политики, сохраняя в «лойяльной» форме оппозицию в вопросах внутренней политики; вместе с большинством консерваторов, тоже образовавших особую партию, отрекшуюся от старых «потсдамских» традиций, национал-либералы на десяток лет составили парламентскую опору для самодержавия Бисмарка.

Бисмарк воспользовался этим, чтобы протянуть палате руку примирения: он заставил короля согласиться на испрошение индемнитета (снятия ответственности) по незаконному израсходованию налоговых средств на армию в течение четырех лет, и ландтаг 2 октября предоставил его большинством 230 против 76 голосов.