Таким образом, Австрия имела вполне законное основание отвергать домогательства Пруссии, и, действительно, она их отвергла. Но в таком случае ей ничего другого не оставалось, как вернуться к выдвигавшемуся ею и Пруссией на лондонской конференции плану создания нового государства под Августенбургской короной. Такой шаг казался ей тем более приемлемым, что он мирил ее не только с Союзом, который она так легкомысленно покинула под прусскую диктовку, но и со всем общественным мнением Германии и даже, в частности, Пруссии. В соотвествии с этим Австрия сделала резкий поворот к позиции Сейма. Рехберг должен был уйти в отставку, и на его место был назначен военный человек, Менздорф, который впоследствии, после катастрофы 1866 г. , оправдывался перед одним из своих друзей: «Никто не чувствует ответственности за все это острее, чем я сам, но что прикажете делать?

Я в политике ничего не понимаю, «я это говорил и императору не раз, но я был генералом от кавалерии, мой верховный командующий приказал мне взять министерский пост, и я, желал я или нет, обязан был подчиниться». Фактически не он, а придворная камарилья стала с того момента руководить внешней политикой Австрии.