Нам неизвестно, знал ли Ламармора об этих переговорах Бисмарка с Австрией или нет, но он был крайне удивлен этим неожиданным предложением и правильно заподозрил, что Бисмарк вовсе не собирается воевать, а хочет лишь использовать предлагаемый союз как средство давления на Австрию и таким образом добиться у нее желательных для Пруссии уступок. Поэтому он ответил согласием, но при условии, что первой начнет войну Италия, а Пруссия будет обязана выступить вслед за ней. Это как раз не устраивало Бисмарка, и он предложил обратное: прежде выступает

Пруссия, а Италия уже последует за ней. Он мотивировал такой порядок тем, что король еще «психологически» не готов к войне и что его нужно еще подготовить к этому.

Ламармора тогда предложил назначить хотя бы срок, в течение которого Пруссия обязуется выступить, но и на это Бисмарк не пошел, и переговоры оборвались. Ясно, что как и в первом случае — в переговорах о французском союзе, так и во втором — в переговорах об итальянском союзе, Бисмарк больше хотел на этом этапе заручиться возможностью угрожать Австрии войной, чем действительно ее вести, и Ламармора угадал его намерение.