Разве не было тридцати и более линий Майна в прошлом? Это лишь полустанок, где мы набираем уголь и воду и переводим дух с тем, чтобы двинуться дальше».

Сам Бисмарк, который еще скрывал заключенные им договоры с южными государствами, говорил тогда же: «Что касается объединения южной и северной Германии, то я считаю его определенно обеспеченным по всем вопросам, касающимся ограждения германской земли». Он заключил свою речь знаменитым призывом: «Конституируемся как можно скорее, тогда мы сможем разрешить и этот вопрос…

Нужно лишь усадить Германию в седло—она уже поедет сама».

И Германия, усаженная Бисмарком в им же уготованное ей седло, действительно поехала—куда? На это дает ответ вся последующая история Германии и ближайшим образом франко-прусская война 1870—1871 гг.

Пока что учредительный парламент, в котором было 297 депутатов, из них консерваторов (обоих лагерей) и национал-либералов и 52 депутата, составлявших оппозицию (либерал-прогрессисты, представители только что аннексированных государств, поляки, датчане и один социал-демократ — Бебель), большинством 230 голосов против 53 (при 14 отсутствовавших) одобрил (16 апреля 1867 г. ) конституцию Северогерманского союза, и 1 июля конституция формально вступила в силу. Так был заложен фундамент «национального» объединения Германии, скрепленный гегемонией наиболее милитаристской, хищнической и реакционной германской державы, с потерей и тех жалких остатков свободы, которые еще тлели в остальных государствах.