От судетской части Чехии, как и от австрийской Силезии, сам Бисмарк отказывался, так как они были населены славянами, чехами и поляками. Это слишком мало соответствовало бы «национальной идее», в качестве поборников которой он и его король позировали перед немецким народом и иностранными державами, да и доставило бы тогда слишком много хлопот, как Бисмарк впоследствии признавал.

Но австрийцы, поддерживаемые Наполеоном, отвергли мысль и об аннексии Пруссией Саксонии, этого, как мы уже знаем, старинного предмета прусских вожделений, представлявшего удобнейший трамплин для будущего нападения на Австрию. Между, с одной стороны, королем, который не мог помириться с потерей облюбованной добычи и утверждал, что эта потеря угрожает самому престолу его, и военными, которым страстно хотелось пойти на Вену и в ее стенах продиктовать побежденному неприятелю условия мира, и Бисмарком, с другой стороны, который серьезно боялся вооруженного выступления Наполеона и даже готов был откупиться от него уступкою Франции Саарбрюкена, части баварского Пфальца, а в придачу еще и Люксембурга,— возникла тяжелая борьба, напоминавшая сцены 1863 г. , когда созывался Францем-Иосифом съезд германских государей во Франкфурте.