Там силы тоже были неравны: против 238 тыс. австрийцев стояли 291 тыс. пруссаков; другая часть австрийских сил (около 74 тыс. ) была сосредоточена против Италии, на южной границе. Еще хуже обстояло у австрийцев с руководством. Во главе северной армии (против пруссаков) был поставлен Бенедек, отличившийся в итальянском походе 1859 г. генерал, который в последние годы командовал военными округами в Италии и не имел представления о северном театре войны, где военное командование находилось в руках эрцгерцога Альбрехта.

Назначение Бенедека на место последнего, который был переброшен в Италию, мотивировалось тем—для австрийцев характерным — соображением, что война против пруссаков все же была сопряжена с риском, и для престижа императорской династии было бы крайне неудобно, если бы в случае неудачи во главе армии находился эрцгерцог. Сам Бенедек, сознавая свою некомпетентность, всячески отбивался руками и ногами от предложенного ему перемещения на север, но вынужден был, как солдат, подчиниться приказу.

И тем не менее австрийцы были так уверены в победе, что штаб Бенедека вез с собой готовые литографированные прокламации к прусскому населению для того момента, когда австрийская армия вступит на прусскую территорию.