Когда 7 мая на Бисмарка совершено было покушение (в него стрелял один студент), то ландтаг ни единым словом не выразил ему своего соболезнования, и многие жены и дочери депутатов, когда покушавшийся в тюрьме покончил с собой, приезжали оказать ему посмертные почести. Бисмарк опять не добился кредитов, и один из депутатов (Якоби) произнес фразу: «этому министерству ни единого гроша, ни единого солдата», которая стала лозунгом всех оппозиций в ландтаге и в рейхстаге в течение почти всего дальнейшего полустолетия. 19 мая ландтаг был распущен, и еще 7 июня вожди либеральной партии обнародовали манифест, в котором клеймили политику Бисмарка, объявляя аннексию Шлезвига и Голштинии насилием над волей народа.

Война прекратила все манифестации.

Описание военных действий не входит в нашу задачу. Достаточно отметить лишь некоторые основные моменты их. Все главные государства Германии, включая Баден, который еще 14 июня не голосовал за австрийское предложение, стали на сторону Австрии; свою солидарность с Пруссией заявили лишь несколько мелких государств северной Германии и три северных вольных города.

Военное значение последних равно было нулю.