Не трудно было догадаться, что проект «реформы» Союза был придуман Австрией нарочито для того, чтобы связать руки Пруссии, явно стремившейся создать для себя независимое положение. Однако отчасти устрашенный этим твердым тоном, отчасти удовлетворенный тем, что в новом Союзе Пруссии предполагалось уделить место, равное занимаемому Австрией (дальше такого равноправия честолюбие Вильгельма, воспитание которого Бисмарком только началось, еще не шло), Вильгельм дал принципиальное согласие на участие в съезде, выдвинув лишь пожелание, чтобы проект был передан на предварительное обсуждение министров, и выразив сожаление по поводу краткости предоставленного приглашением срока.

Но когда об этом узнал Бисмарк, то он пришел в неописуемую ярость: формальное равенство с Австрией, которое к тому же, на практике свелось бы к укреплению ее господства, так как она всегда могла рассчитывать на поддержку в директории, по крайней мере, трех других государей, его уже нисколько не удовлетворяло; не удовлетворял также и проектируемый парламент, так как он уже носился с бонапартистским проектом создания парламента на основе всеобщего избирательного права (о чем ниже).