Призыв этот, как и аналогичный к венграм, отклика не нашел; лишь старый венгерский революционер генерал Клапка, эмигрировавший во Францию, собрал в Силезии «венгерский легион» из тысячи-другой венгерских военнопленных, но он никакой военной роли не сыграл. Прокламации же остались памятником бисмарковской неразборчивости в средствах и вызвали особенно сильное негодование в царских кругах России,— негодование, заставившее Бисмарка прекратить опасную игру в революцию и поскорее пойти на соглашение с Австрией.

Прусская победа под Садовой вызвала горячую поздравительную телеграмму царя, который, будучи внуком «патриотической» прусской королевы Луизы и ненавистником предательской Австрии, не мог не восчувствовать гордости и радости по поводу такого громкого успеха прусского оружия. Но уже в самой телеграмме была фраза, которая сильно расстроила короля; в ней содержалась просьба о пощаде «побежденному».

Впоследствии русская сторона объясняла, что телеграф неправильно передал последнее слово. Оно должно было гласить «побежденным», под каковыми подразумевалась-де не