Правда, у России, которая тогда вступила на путь внутренних реформ, еще не было ни армии, ни достаточных дипломатических средств воздействия, ввиду ее натянутых отношений с западными державами после польского эпизода. Опасаться, таким образом, какого-либо активного вмешательства с ее стороны у Бисмарка не было осно-вания, но ее нейтралитет в случае конфликта с Австрией был бы все же недружественным, и отношения между обеими державами сложились бы в будущем неблагоприятно.

Сам король Вильгельм также еще колебался. На совете министров в мае 1865 г. он, соглашаясь с тем, что Пруссия должна получить «компенсацию» за свои жертвы в войне, все же спрашивал: нужно ли искать ее в аннексии обоих герцогств и не лучше ли будет искать компромисса с Августенбургским?

Хотя Бисмарк убедительно доказывал, что этот компромисс абсолютно неприемлем для держав, что Россия в свое время даже грозила выдвинуть кандидатуру Ольден-бурга, если Австрия будет настаивать на кандидатуре Августенбургского, и что война с Австрией рано или поздно неизбежна ввиду неуклонного стремления Австрии держать Пруссию в подчинении, что в этой войне как Россия, так и Франция останутся нейтральными, Вильгельм все же не принял решения, а оставил вопрос открытым.