Первый из них — «Атлантида», в котором описывалось грандиозное крушение лайнера, следовавшего из Европы в Америку, вообще долгое время не изучался с достаточной глубиной по несколько парадоксальной причине: для этого он был слишком популярен, т. к. вышел в свет почти одновременно с гибелью «Титаника».

Герой романа, alter ego автора, переживший кораблекрушение, чудом спасается из хаоса стихии, который напоминает всемирный потоп, в лодке-«ковчеге» (ср.: ковчег-голова Орфея, плывущая по волнам — ипостась Диониса). Кстати, по замечанию Вяч.

Иванова, само стремление соединить миф об Атлантиде с преданием о всемирном потопе являло собой «мечтательную надежду» человечества разгадать тайну истории.

Герой Гауптмана, хотя и находит спасение «на груди» матери-земли, но все-таки теряет рассудок, чувство собственного Я. Исцеление приходит только тогда, когда он с ненавистью разбивает зеркало, в котором видит своего двойника. Осколки зеркала словно возвращают ему здоровую, цельную личность (ср. stirb und werde). Дионисийские мотивы в этом романе чрезвычайно разнообразны, особенно там, где речь идет о женской стихии, губительной и спасительной одновременно.

Однако здесь важнее остановиться на самом образе, вернее, на идее Атлантиды.