Идею непостижимости самой жизни как иррационального явления развивал один из основоположников «философии жизни» В. Дильтей, поставивший понятие «жизнь» на место мышления и рассматривавший ее в качестве основы, внутреннего содержания и движущей силы всего сущего. Именно у Дильтея присутствует и характерный образ океана, воплощающего именно чуждую и непознанную стихию, в то время как человек плывет «словно на корабле по этому непостижимому для нас морю».

Восприятие водной стихии, моря не в качестве пейзажа, но именно как философского феномена свойственно в это время и художественному сознанию. «Море, — писал Т. Манн, — это образ вечности, небытия и смерти, это метафизическое сновидение».

Такой образной символике созвучны и представления О. Шпенглера, автора трактата «Закат Европы» (1918), подчеркнуто названного им «немецкой философией». Шпенглер находил образ тонущего корабля адекватным символом гибели (Untergang) Европы, считая, однако, прямую параллель с «Титаником» слишком грубой.

Ведь Untergang (понятие, обозначающее не только гибель, но и закат) может завершиться иным воплощением (Vollendung), новым «восходом». Гауптман, словно предвосхитивший в своей «Атлантиде» не только гибель «Титаника», но и аллегорическое сравнение Шпенглера, как будто не заметил этой, направленной в будущее мысли философа.