Поэтом-мыслителем являлся и сам Гёте, которого Шпенглер провозгласил своим учителем. Гётевский Фауст, ставший «героем» «Заката Европы» уже в качестве символа западного человека, многие десятилетия был одной из ключевых фигур в русском осмыслении мира.

Полемика революционных идеологов с русскими философами, по сути дела, коренилась все в том же извечном противостоянии и взаимном притяжении между Россией и Западом. Она в принципе не могла закончиться обретением общей «истины», поэтому была прекращена силовым путем. Сам факт высылки философских оппонентов из России в конце 1922 года на «философском пароходе» свидетельствовал о завершении дискуссии явно не в пользу идеологов революции, которые смогли противопоставить аргументам силу не убеждения, но принуждения.

Собственно говоря, споры о Шпенглере, напрямую связанные с ним и его творчеством, на этом оборвались. В советской России Шпенглер вскоре оказался среди нежелательных авторов, а позднее, получив, подобно Ницше, клеймо «идеолога фашизма», на десятилетия практически попал под запрет.

Оставшиеся в России идеологические оппоненты вынужденных эмигрантов вспоминали Шпенглера, главным образом, как представителя чуждого западного мировоззрения, но вместе с тем — противника «прогресса».