Как историк, он пытается обобщить и философски истолковать достижения науки об Атлантиде уходящего и начинающегося столетий («Учителя учителей»); как поэт, посвящает ей множество произведений, среди которых особенно выделяется венок сонетов с характерным названием «Светоч мысли» (1918).

Совершенно противоположное восприятие находит образ Атлатиды в одноименной лирической повести Б. Зайцева 1920-х годов, симво

лизируя поэтическую «глубину легких морей человеческой памяти»15. В 1929 году в Европе на немецком языке было впервые напечатано произведение Д. Мережковского «Атлантида-Европа. Тайна Запада».

Это уже собственно философское произведение, роман-притча, глубокое и трагическое «размышление об идейных блужданиях человечества и о страшном приговоре к вечному пути по кругу: от одной Атлантиды к другой».

Такого рода перечень можно было бы продолжить, однако в данном случае важнее все-таки не количество «Атлантид», а то обстоятельство, что каждая новая «идея» Атлантиды, возникая независимо от других, неизбежно вступала с ними в «диалогические отношения». Как отмечал М.М. Бахтин, подобные явления «соприкасаются друг с другом на территории общей темы, общей мысли»