Напротив, это обстоятельство только подтверждает намерение «соавторов» Пруткова не столько высмеять конкретного человека или конкретное произведение, но иронически осмыслить определенную эпоху, выявляя ее литературные шаблоны, клише и наиболее живучие плагиаты. При этом весьма важная роль принадлежала переводам и переложениям известных образцов иностранной поэзии, разного рода подражаниям, то есть «творчество» Пруткова естественным образом оказывалось в области translatio mundi.

«Принцип индивидуальности» относительно личности Козьмы Пруткова проявился довольно скоро и самым недвусмысленным образом. Его известный по сей день портрет, созданный также коллективно (над ним трудились художники Л.М. Жемчужников, А.Е. Бейдеман и Л.Ф.

Лаго- рио) был запрещен цензурой в связи с усмотренным карикатурным сходством с. Петром I. Имелась в виду голова Петра, вылепленная Марией Калло, ученицей Фальконе, для «Медного всадника». Сходство, конечно, весьма приблизительное, но символичное.

Оно словно объединяло сатирическое творчество Толстого с его ироническими стилизациями в манере Козьмы Пруткова.

Наиболее известная сатирическая поэма Толстого «История государства Российского от Гостомысла до Тимашева» (1868) с ее знаменитым рефреном «земля наша обильна, порядка только нет», также имела сложную цензурную историю.