Но министр финансов не мог отрицать значимости третьего урока физкультуры, а потому заявлял, что финансирование должно осуществляться министерством по делам рейхсвера. Такое решение казалось само собой разумеющимся, тем паче, что Бломберг публично заявил: «Появление третьего урока физкультуры имеет большое, если не первостатейное, значение для военных интересов Германии». Появление в школьном расписании третьего урока физкультуры фактически говорило о том, что Имперское министерство воспитания вновь намеревалось превратить школы в центры военно-спортивной подготовки.

Это делалось, несмотря на то, что курсы военно-спортивной подготовки (преодоление препятствий, стрельба, ориентирование на местности и т. д. ) уже осуществлялись в рамках гитлерюгенда и СА. Бернхард Руст был уверен в том, что и школа должна была «сделать свой взнос в повышение обороноспособности немецкого народа посредством физических упражнений и привития солдатских добродетелей». Ситуация изменилась только в 1937 году.

Тогда было решено, что в школьном курсе должно быть не три, а пять уроков физкультуры. При этом их появление происходило за счет сокращения часов, отпущенных на прочие учебные предметы. 1 октября 1937 года были изданы первые унифицированные для всего рейха директивы, касавшиеся физического воспитания в школах.