Он проломал ворота в той стене, на которой до того времени появлялись и исчезали все социалистические системы, как картины волшебного фонаря.

Агитация Вейтлинга в Швейцарии произвела сенсацию, чуть ли не во всей Европе. Она была неприятной неожиданностью для господствующих классов: совершенно так же, как дети, вообразив, что можно играть с огнем, вдруг чувствуют боль обожженного пальца. Для этих классов мирный социализм сделался своего рода модой. Было так красиво и так дешево афишировать великодушное сострадание, которое ни гроша не стоило чувствительным сердцам.

Но вот живой пролетарий перевернул медаль и показал на ее оборотной стороне голову Медузы. И этот пролетарий говорил языком, который силой своей непосредственности, бурным красноречием, а в значительной степени и обилием ярких мыслей, далеко оставлял позади деревянную литературу буржуазных профессоров.

Но при всем том Вейтлинг еще далеко не был современным пролетарием. В странах, знакомых ему, в Германии, Австрии, Франции, Швейцарии, еще не было крупной промышленности или были только ее скромные зачатки. Вейтлинг был, прежде всего, лишь выразителем пролетаризованного ремесла.