Но нашелся человек, который возвысил свой предостерегающий голос против этой постыдной политики. Это был Фердинанд Лассаль.

Лассаль. Лассаль (1825—1864 г.)— сын торговца шелком в Бреславле. Его семья принадлежала к восточно-европейскому еврейству, которое еще глубоко повязло в мелкой торговле и ростовщичестве.

Мы этим нисколько не умаляем буржуазной почтенности его отца! Но как показывает дневник пятнадцатилетнего мальчика, современное образование, налет которого был на родительском доме Лассаля, при всяком сколько-нибудь глубоком душевном возбуждении оказывалось очень тонкой и поверхностной лакировкой. Иудейство мальчика Лассаля было еще совершенно доподлинным иудейством, и его первыми грезами были мечтания о том, как он, став во главе евреев, с оружием в руках освободит их от всех еще тяготеющих на них цепей.

Вообще самонадеянный и заносчивый юноша скоро сделался невозможным в бреславльской гимназии и, вопреки воле своих родителей, которые хотели бы, чтобы он продолжал учение, весной 1840 года перешел в торговую школу в Лейпциге.

Но как бы необдуманно ни было это решение, его последствия были благотворные. Шлаки еврейского торга, еще пристававшие к мальчику Лассалю, обтесались о христианский торг, которому по всем правилам искусства обучали в Лейпцигской торговой школе. И по мере того как Лассаль отвращался от торгашества, он отвращался от иудейства.