Его философский язык стал теперь непонятным для нас; достаточно будет раскрыть историческое ядро его философии. Если Кант своей теорией неба внес развитие в природу, то Гегель внес его в историю. Если Фихте примыкает к диалектическому методу древнегреческой философии, то для Гегеля этот метод превращается в источник всей жизни. Понятием бытие дано и понятие ничто, а из борьбы между ними возникает высшее понятие становления (процесса развития, Werdens).

Все в одно и то же время существует и не существует, потому что все течет, постоянно изменяется, постоянно возникает и приходит.

Гегель видел в истории человечества процесс постоянного движения, изменения и преобразования, восходящий от низших к высшим формам, и мощным напряжением ума старался проследить в разнообразнейших отделах исторической науки внутреннюю связь, постепенное развитие этого процесса среди всех кажущихся отклонений и случайностей. Так как он считал вещи отображениями понятий, то, конечно, он приходил к очень произвольным историческим построениям, но так как не столь – то легко впрячь в ярмо понятий такие упрямые вещи, как исторические факты, то он приходил и к гениальным воззрениям на общую связь истории человечества.

Более скромный, чем Кант, а может быть, потому, что он был поклонником Канта,— Гегель не заявлял притязаний на то, будто он — «мыслитель вне времени»: его философия для него — его эпоха, раскрытая в ее идеях.