Да и это само по себе немного значило, так как социал-демократическая партия среди ужасной бури, свирепствовавшей вокруг нее, с самого начала добровольно оставила все внешние позиции и сосредоточила силы на том, чтобы укрепиться приблизительно в тридцати округах, в которых она раньше всего пустила корни. Но здесь она блестяще проявила свою несокрушимую жизненную силу. В Берлине, где белый террор дошел до белого каления, число социал-демократических голосов увеличилось с 31.522 до 56.147.

И сопротивление это было оказано при самых неблагоприятных условиях, какие только можно представить себе. Легальное оружие, которым в неограниченной мере могли пользоваться все буржуазные партии, у рабочих было сломано или, по меньшей мере, испорчено до последней степени. Права собраний в одних обширных областях империи у них вообще не было, в других было лишь в самой ограниченной мере. Их прокламации арестовывались под самым ничтожным предлогом, газеты были парализованы непрерывными налетами полиции и прокуроров.

Не менее половины их передовых борцов сидело за тюремными решетками. Даже буржуазные газеты прямо признавали, что полиции все позволено по отношению к социал-демократии.