Троны во всех мелких и средних государствах заколебались, и монархи были вынуждены призвать либеральных министров, отчего, конечно, не получилось большого выигрыша. Союзный сейм в свою очередь пошел на капитуляцию уже в первых числах марта и выкинул черно-красно-золотой флаг, как германское знамя. Но тем быстрее он рухнул под тяжестью всеобщего презрения, и 5-го марта либералы, по большей части из южной Германии, собравшиеся в количестве 51 в Гейдельберге, постановили созвать из всех частей Германии во Франкфурт-на-Майне людей, пользующихся общественным доверием, с той целью, чтобы они способствовали, возможно, более быстрому избранию германского парламента.

Но все это означало еще очень немного, пока Вена и в особенности Берлин не были завоеваны революцией. Правительство в Берлине надеялось справиться с движением, вновь созвав соединенный ландтаг, и план, несомненно, удался бы ему, если бы приходилось считаться только с буржуазным классом. Но от берлинских рабочих нельзя было отделаться так дешево. Они устроили перед городскими воротами большие собрания, на которых выдвинули требования свободы печати и союзов, обеспечения работой и министерства труда.

С этой оппозицией шутки были плохи, и правительству очень скоро пришлось в этом убедиться, когда оно приказало разогнать собрания силой оружия, и солдаты начали избивать возвращающиеся толпы.