Французская июльская революция оказала на Германию в первое время очень слабое непосредственное действие. Буржуазные классы, в общем, еще сохраняли полное спокойствие, а рабочие обнаруживали признаки жизни в первое время в такой форме, которая свидетельствовала об их большой политической и социальной незрелости: в некоторых рейнских округах они разрушали машины и фабрики.

Тем не менее, в отдельных мелких и средних государствах северной Германии произошли беспорядки, которые, в особенности в королевстве Саксонии, повели к некоторым реформам, а в герцогстве Брауншвейгском даже к изгнанию местных карликовых деспотов. Наибольшее возбуждение обнаружило население по ту сторону Майна, в южно-германских государствах, особенно в рейнском Пфальце, баварской провинции на левом берегу Рейна. Гамбахское торжество 27-го мая 1832 года, соединившее в мировой манифестации несколько тысяч человек, и нападение маленькой кучки студентов на гауптвахту во Франкфурте-на-Майне послужили для германских правительств не столько действительным толчком,— ведь, и эти происшествия по существу свидетельствовали о безобидности всего движения,— сколько желанным предлогом для того, чтобы приступить к новым актам насилия, которые покончили с этими первыми зачатками политической оппозиции.