Но наибольшую спутанность проявлял прусский принц-регент; он с великим треском уселся между двух стульев: он мобилизовал прусскую армию, что уже само по себе было угрозой по адресу Франции, и в то же время требовал, чтобы ему принадлежало верховное командование германской союзной армией, что было такой же угрозой по адресу Австрии. Единственным результатом этой бессмысленной и бестолковой политики было то, что Франция и Австрия заключили в Виллафранке мир, по которому Австрия, чтобы обеспечить за собою верховенство в Германии, уступила Ломбардию Сардинии, и то, что политика Пруссии опять сделалась предметом насмешек на всех перекрестках Европы. Национальное движение в Германии закончилось национальными муками после похмелья, а они, в свою очередь, привели к общему взрыву раздоров. Но так как ни одна из охваченных распрями партий не хотела наложить руку на корни зла, на господство в Германии многочисленных династий, то гора родила только мышь, да и то мертвую: бумажную общегерманскую конституцию, принятую франкфуртским национальным собранием весной 1849    года.

Вокруг нее собирал свои силы национальный союз, возникший весной 1859 года; он опирался главным образом на буржуазию небольших и мелких государств и написал на своем знамени объединение Германии под главенством Пруссии.

В Пруссии первая сессия новой палаты депутатов под давлением военных событий прошла безрезультатно.