Революционеру, каким хотел быть и действительно, был Лассаль, не подобало к представителю феодальной реакции, которая постоянно самым позорным образом уничтожала право союзов и собраний, обращаться с просьбой о возмездии за нарушение этого права, безразлично, был ли нарушителем прогрессист или кто-либо другой. Конечно, Бисмарк не дал просимого удовлетворения, но прогрессистская партия благодаря этой злосчастной телеграмме получила, наконец, клочок бумаги, посредством которого она могла как будто бы доказать то, чем она неустанно морочила массы, именно, будто Лассаль играет в одну дудку с Бисмарком. И ей удалось настолько запугать берлинских рабочих, что, когда Лассаль по возвращении из поездки на Рейн адресовался к этим рабочим с особым обращением, оно не произвело абсолютно никакого действия.

Между тем, новые выборы в палату депутатов, вопреки самому отчаянному правительственному воздействию, опять принесли победу прогрессистской партии. Таким образом, спекуляция Бисмарка на национальный нерв окончилась неудачей; однако, благодаря случайности, он следом за тем получил возможность снова повторить ее с большею надеждою на успех.