Правда, последствием такой незамаскированной тенденциозной юстиции было нечто совершенно иное, чем рассчитывали инициаторы дела: прения на Лейпцигском процессе послужили широкой пропаганде дела социал-демократии.

Даже благословение миллиардов послужило для пролетариата проклятием. Оно удешевило деньги и удорожило необходимые средства существования рабочего класса. Чтобы сохранить реальную заработную плату на прежнем уровне, он должен был повышать свою денежную заработную плату.

Так возникло сильное стачечное движение, которое, как бы справедливы ни были его основания, натолкнулось на озлобленное сопротивление буржуазных рабочелюбцев, не говоря уже о правительствах, и которое не могло воспрепятствовать значительному ухудшению жизненного положения массы рабочих.

С таким же озлоблением старались буржуазные партии искоренить зародыши профессионального движения, возникшие из этих стачек. Конечно, они еще не соглашались провести уголовные наказания за нарушения договора найма,— меру, которой уже в 1873 году требовал от рейхстага Бисмарк, стремившийся к уничтожению только что предоставленной свободы коалиций; но они, не колеблясь, делали все зависящее от них для того, чтобы воспрепятствовать всем попыткам рабочих создать профессиональную организацию.