Они реорганизовали Союз Коммунистов, почти все старые члены, которого собрались в Лондоне. Но некоторые члены Союза продолжали еще действовать и в Германии,— конечно, тайно; удалось также привлечь в организацию Союза и влиятельнейших членов «Братства рабочих».

Однако в течение лета 1850 года все более выяснялось, что революция неудержимо падает. Вместо того чтобы плакать или негодовать, Маркс и Энгельс научно исследовали, почему нельзя воспрепятствовать такому обороту вещей. Они пришли к тому выводу, что, как торговый кризис 1847 года был отцом революции, так промышленное оживление, постепенно начавшееся и в 1850 году достигшее полного расцвета, является отцом контрреволюции.

Убедившись в этом,— о чем Маркс и Энгельс заявили открыто,— они пришли в непримиримое противоречие с революционными грезами эмиграции. В сентябре 1850 года на этой почве и в Союзе Коммунистов произошло разделение на две фракции, из которых, впрочем, ни одной не была суждена долгая жизнь.

Фракция, которая предалась бесцельной игре в революцию, именно благодаря этому и погибла. Другая же, сохранявшая верность старым принципам Союза, была разрушена кельнским процессом коммунистов, который по прямому повелению короля Фридриха-Вильгельма 4-го подстроил прусский провокатор Штибер, создавший низкий заговор лжи, обмана и клятвопреступления.