Хитроумие этой самоубийственной политики заключалось в том, что либеральная буржуазия по справедливости была уверена, что рабочий класс все равно станет вести борьбу против реакционной экономической политики; но она совершенно неправильно предполагала, что неистовыми выпадами против «партии переворота» сумеет вкрасться в доверие «верхов». Бисмарк без труда справился с таким хитроумием. С того времени, как его переговоры с Беннигсеном окончились неудачей, он высматривал случай для какого-нибудь маневра по образцу бонапартовского плебисцита для того, чтобы нагнать страху, и под его подавляющим и спутывающим впечатлением добиться послушного большинства в рейхстаге.

Этот случай представился, когда 11 мая 1878 года подмастерье-жестяник Гёдель на бульваре «Под липами» в Берлине выстрелил в проезжавшего императора из пистолета, отличавшегося от действительно смертоубийственных орудий тем редкостным, но безобидным свойством, что он стрелял вкось: по данной под присягою экспертизе одного придворного оружейника, на расстоянии девяти шагов пуля попадала одним футом выше и одним же футом левее, чем следует.