Когда же они, действительно, были вычеркнуты при втором чтении, консерваторы в третьем чтении голосовали против закона, который благодаря этому 25-го января 1890 года пал, чтобы уже не воскреснуть.

Итак, Бисмарк начал интригу, чтобы создать такую видимость, будто даже этот рейхстаг без всякой вины правительства отказался дать необходимое оружие для обороны от переворотных планов социал-демократии, а это с точки зрения Бисмарка тяжело компрометировало и всеобщее избирательное право. Но уже на этой первой ступени своих планов государственного переворота Бисмарк натолкнулся на сопротивление императора, который от всей души ненавидел социал-демократию, но, руководствуясь правильным инстинктом самосохранения, не хотел при самом начале своего правления взять на себя роль «принца-картечи». Кроме того, манера имперского мажордома, усвоенная Бисмарком, уже давно угнетающим образом действовала на его нервы; свободный от ограниченности Бисмарка в вопросах законодательной охраны труда, император надеялся произвести благоприятное воздействие на новые выборы в рейхстаг, издав два указа, из которых один обещал дальнейшее развитие законодательства по охране рабочих, именно ограничение рабочего дня, а другой — созыв международной конференции по охране рабочих.