Однако социал-демократия пустила в массах еще не достаточно глубокие корни для того, чтобы предохранить их от тех запугиваний, посредством которых работал Бисмарк. На карнавальных выборах он добился большинства для картеля, и теперь руки у него были развязаны на три года. Новый рейхстаг не только немедленно принял его военный законопроект, но и голосовал за повышение налогов на водку более чем на 100 миллионов ежегодно и налога на сахар более чем на 40 миллионов в год, да, кроме того, еще на ежегодные дары любви из карманов налогоплательщиков для винокуров в 40 миллионов ежегодно и для сахароваров — 30 миллионов.

В октябре 1887 года социал-демократия устроила в Сен-Галлене свой третий партийный съезд за время исключительных законов о социалистах. Это было новым чувствительным ударом для Бисмарка, который процессами по обвинению в принадлежности к тайной организации не в малой мере преследовал ту цель, чтобы кроме партийного органа парализовать и партийные съезды. Партийный съезд показал, что ряды партии так же сплочены и непоколебимы, как когда бы то ни было; если только вообще существовало «правое крыло», то оно бесследно исчезло.