Все газеты, непериодические издания и союзы, какими только располагало современное рабочее движение, были беспощадно уничтожены, как будто варварские орды вторглись в цивилизованную страну. Нельзя отрицать, что этот ливень преследований вызвал некоторое замешательство в рядах социал-демократической партии, которая, как бы недоверчиво ни относилась она к обещаниям Бисмарка, однако, никак не ожидала, что «герой века» с таким бесстыдством поставит к позорному столбу свои собственные слова. Но замешательство продолжалось лишь несколько недель.

Сам Бисмарк посодействовал восстановлению необходимого порядка, так как его слепая ненависть к рабочим сама себя пожирала.

Рассчитывая нанести последний удар рабочей партии, 28-го ноября, накануне возвращения в Берлин оправившегося от ран императора, Бисмарк ввел в Берлине и окрестностях малое осадное положение, которое предусматривалось в § 28 закона о социалистах и предоставляло полиции высылать всех неугодных ей лиц. На следующий день из Берлина было выслано 67 членов партии, почти сплошь семейные люди. Это было самое низкое из всех нарушений слова, данного Бисмарком.

За § 28 закона против социалистов национал-либералы голосовали только на самый крайний случай.